Следующий час Данлоп мобилизовал весь свой опыт управления самолетом, но не смог удержать «Дамбо» от потери высоты. Радист Харольд Ларсен сообщил на «Блюи Ист-2», что самолет, возможно, не сможет добраться до базы. Так как он летел без сопровождения, то впоследствии спасателям было бы трудно найти место его приземления. Поэтому с базы тут же выслали навстречу новый «эскорт» – двухмоторный «Бичкрафт» «AT-7»[109].
Данлоп все еще надеялся, что доберется до родного аэродрома сам. Вскоре вдали замаячил залив, рядом с которым располагалась база. Самолет находился минутах в пяти летного времени от нее. Пилот снова спросил бортинженера, сколько осталось топлива. Тот ответил, что оно на нуле.
Данлоп оказался перед выбором, от которого зависела его жизнь и жизнь его пассажиров. Можно было сейчас совершить контролируемую посадку на воду или попробовать дотянуть до базы, с перспективой разбиться в последние секунды полета. Он выбрал второй вариант, решив не глушить свой единственный двигатель, пока не будут израсходованы последние пары топлива. Тогда ему придется совершить посадку, что называется, с сухими баками.
Пилот предупредил всех находящихся на борту: если они услышат, что двигатель перестал работать, пусть готовятся к крушению или к очень жесткой посадке. Пассажиры и экипаж перетащили мешки с вещами и оборудованием к металлическим переборкам, чтобы те приняли на себя ударную волну. Люди сели спинами к этой амортизирующей прокладке и приготовились к непростой встрече с землей.
«Дамбо» снижался, Данлоп готовил машину к посадке. Одна из бесчисленных трудностей, с которой ему предстояло справиться, состояла в том, что неработающий правый двигатель отвечал обычно за гидравлический насос, выпускающий шасси. Вручную можно было выпустить основные колеса, но не носовую стойку.
Об этой опасности двумя месяцами ранее производители предупредили Бальхена, когда он консультировался с ними по поводу возможностей использования PBY «Каталина» в экстремальных условиях. Из-за удара при приземлении могла разрушиться передняя переборка. Однако в ситуации, когда топливо кончилось и один двигатель не работает, жесткая посадка была единственным возможным вариантом. Выбора просто не оставалось.
Самолет приземлился на основное шасси. Данлоп из последних сил пытался удержать нос в поднятом положении, чтобы тот не ударился о посадочную полосу. При этом нужно было следить за равновесием хвостовой части, чтобы машина не завалилась назад. Летающая лодка никак не хотела терять скорость и в считаные секунды могла выкатиться за пределы полосы. Тогда пилот слегка опустил носовую часть, чтоб та сработала в качестве тормоза. Это был очень тонкий маневр: нужно было быстро, но не резко остановить машину, ведь «клюнув» носом полосу, она могла просто разломиться пополам.
От носового удара «Дамбо» резко развернуло. Так случилось, что его несло прямиком к «В-17» «Папы Тернера», который стоял в дальнем конце полосы. Данлоп всеми силами пытался затормозить. Экипаж и пассажиры приготовились к удару. «В-17» приближался. Два самолета, задействованные в спасении команды «PN9E»: один движущийся, другой стоящий – через несколько мгновений могли столкнуться. До бомбардировщика оставалось всего метров пятнадцать, потом двенадцать, десять. В четырех с половиной метрах от него летающая лодка, наконец, остановилась.
«Дамбо», спасший трех последних членов экипажа «PN9E», замер, опустив нос и высоко подняв хвост. Это выглядело так, будто актер, отлично сыгравший свою роль, глубоко поклонился публике, ожидая заслуженных аплодисментов.
Все, кто служил на базе «Блюи Ист-2», высыпали навстречу вернувшимся летчикам. Те зачерпывали ладонями пригоршни грязной земли, радуясь возвращению из ада, где нет ничего живого. Если бы они продолжали вести календарь с помощью спичек, в верхнем ряду, отмечающем месяцы, было бы четыре спички, а в нижнем, отмечающем дни – шесть. Они провели на месте крушения сто сорок восемь дней с 9 ноября 1942 года по 6 апреля 1943-го.
В итоге выживших в катастрофе бомбардировщика в районе бухты Коджи-бей было семеро: Арманд Монтеверде, Альфред «Клинт» Бест, Пол Спина, Ллойд (Вуди) Перьер, Александр Туччароне, Гарри Спенсер и Уильям (Билл), O’Хара.
Пятеро летчиков с «С-53» продолжали считаться пропавшими без вести. В ходе спасательных операций погибли Лорен (Лолли) Ховарт и Кларенс Уидел, а также спасатели Джон Притчард младший, Бенджамин Боттомс и Макс Деморест.
По прошествии примерно сорока пяти лет после этой истории Клинт Бест рассказал своим внукам о крушении самолета, о ледяном холоде Гренландии и о лишениях и страхах, с которыми ему пришлось столкнуться. Конечно, он упомянул о том, что не смог бы справиться с выпавшими на его долю испытаниями без поддержки друзей. Он не стал открывать юным слушателям все страшные подробности пребывания на леднике, чтобы не травмировать их, но признался в том, что на время разум покинул его.
Однако более всего он восхищался теми усилиями, которые были приложены для его спасения и спасения его товарищей. «Никто не думал о том, сколько это будет стоить, – говорил Бест своим близким. – Если нужно было вызволять людей из беды, авиация была готова вылетать столько раз, сколько понадобится. Нас не бросили, не списали со счетов, не забыли».
Несмотря на то, что прошло много лет и с возрастом пришли мудрость и опыт, Бесту трудно было описать, что он чувствовал, оставшись в живых.
«Многие годы я думал: как же так? Нас было девять человек. И вдруг один исчез – упал в расселину и пропал навеки. Когда что-то подобное случается, мы часто внутренне восклицаем: “Боже, ну почему я?” А тогда я спрашивал: “Почему он?”. Радист побежал за помощью, а потом погиб; молодой лейтенант приехал на мотосанях, чтобы спасти нас, и тоже погиб. Каждый раз я задавал себе вопрос: “Почему на этом месте оказались именно они?”».
В конце жизни Бест пришел к выводу, что без божественного вмешательства здесь не обошлось. «Я понял, что у Бога, вероятно, был замысел о том, как все должно произойти. Он выбрал тех, кто должен был остаться на этой земле».
24
На конце провода
Август 2012 года
В сферической палатке-столовой во время завтрака во вторник 28 августа царило оживление. Все обсуждали аномалию в точке BW-1. Яана, отхлебывая кофе, демонстрировала всем желающим изображение, выведенное на ее ноутбук. И поясняла, что в волнах у поверхности безошибочно опознается расселина. Что касается более заметных волн в глубине льда, то это может быть некий «неопознанный замерзший объект».
Настроение у всех было приподнятое. Альберто подшучивал над Билом, спрашивая, где тот потерял вторую букву «л» из своего имени.
Однако радость испарилась, когда в столовую явился Стив и объявил, что шестерым членам экспедиции придется сегодня же вылететь на вертолете в Кулусук. Та же машина, которая перенесет насос к месту поиска, на обратном пути захватит полдюжины участников.
Решение начать постепенную эвакуацию с ледника было принято совместно руководителями North South Polar и офицерами Береговой охраны. Все организаторы поисковой операции, – Джим, Роб, Лу и Стив, – согласились в том, что пора начинать вывозить людей. Погода в Коджи-бей пока что стояла холодная и ясная, но надвигался ураган. Чтобы перевезти всех участников людей и оборудование, понадобится несколько вертолетных рейсов. Если из-за грозы полеты на время придется отменить, то все мы или какая-то часть может застрять на леднике и оказаться в опасности из-за изменившихся погодных условий.
Бил и Альберто сами вызвались лететь с первой партией, чтоб не нарушились их последующие планы. Однако больше никто не хотел пропустить волнующий момент протапливания шахт, спуска в них камеры и получения финальных результатов.
Тогда Стив, откашлявшись, решился огласить подготовленный руководством список тех, кому предстоит уехать сегодня же. Кроме Альберто и Била в него вошел сам Стив, Мишель, Терри и Райан.
– Вот так, – заключил он. – Все понятно? Остальным мы в ближайшее время объявим, кто уедет завтра, а кто – в четверг.
Несколько человек попробовали отстоять Мишель, зная, как ей хочется остаться в лагере. Стив замялся, пообещав, что спросит у Джима, какой именно вертолет прилетит. Возможно, он сможет взять побольше оборудования, но меньше людей?
Однако Джим Блоу ответил, что предпочитает придерживаться заранее оговоренного плана.
– Нам необходимо начать вывозить людей с ледника, – настаивал он. – Это главное, и это займет немало времени.
Стив сочувствовал рядовым членам экспедиции и понимал их нежелание покидать ее в самый интересный момент. И все же он пытался донести до всех правильность «спущенного сверху» решения.
– Каждый из нас хотел бы остаться. Но, увы, шестерым сегодня придется покинуть ледник.
